«Новый Завіт» издали тиражом в 500 экземпляров на народные деньги. Федор Климчук умер за 3 месяца до того, как книга увидела свет.

Ученый перевел Библию на исчезающий диалект

 

Симоновичи — деревня в 12 километрах от Дрогичина, Белоруссия. В центре стоит камень с табличкой, что Симоновичи упоминаются в исторических документах уже в 1452 году.

Еще в 70-е здесь жило около 1300 жителей, сейчас едва ли наберется 200. Деревня большая, но здесь нет церкви, школы, магазина. Улицы только две: Советская да Пролетарская. Люди переехали в город — работать негде.

Здесь и родился Федор Климчук в 1935 году. Был учителем истории в школах родного района. Работу совмещал с экспедициями и сбором материала по диалектам. В 1967-м заочно закончил истфак Минского пединститута, в 1973-м защитил кандидатскую диссертацию по лингвогеографии Западного Полесья. На полесский язык Климчук перевел несколько книг: Гомера, Толстого и Гоголя. Но особенный его труд, это перевод Нового Завета на полесский диалект.

Над переводом Нового Завета (Новый Завіт) Климчук работал более 15 лет — закончил его в 1995-м, но только в 2010-м тиражом в 200 экземпляров вышла часть перевода. Полное издание ученый увидеть не успел. Он умер в октябре 2018-го на 83-м году жизни, а книга вышла в 2019-м на деньги, собранные с помощью краудфандинга.

 

«Новый Завіт» издали тиражом в 500 экземпляров на народные деньги. Федор Климчук умер за 3 месяца до того, как книга увидела свет.

«Отче наш» на полесском диалекте.

Федор Климчук жил в Минске, там же отметил 80-летие. Фото из архива Сергея ЛИТВИНКО.

Родной хутор Федора Климчука рядом с Симоновичами. Фото из архива Сергея ЛИТВИНКО.

 

— Про Климчука у нас, конечно же, все знают. Про новое издание Нового Завета, которое недавно в Минске вышло, в последнее время часто спрашивают. Но у нас пока нет ни одного экземпляра, и в Дрогичинской библиотеке тоже. Надеюсь, в ближайшее время разрешим этот вопрос. Обидно, что на родине ученого нет его книги! — говорит Елена Буйнич из Вульковской сельской библиотеки.

Федор Климчук очень переживал по поводу того, что диалекты могут исчезнуть вместе с деревней. Западнополесский диалект он мечтал сделать чем-то вроде бренда — если не страны, то хотя бы Припятского Полесья. Аргументировал тем, что в европейских странах диалекты в почете. На региональных языках издаются газеты, ставятся спектакли. В Польше есть кашубы, в Германии — швабы, в Бельгии — фламандцы, ну а в Беларуси есть полешуки и полесские диалекты. Ими стоит гордиться, и их важно сохранить. На это Климчук отдал всю жизнь.

— Когда молодежь отправляли в город, всегда учили, что надо разговаривать так, чтобы тебя понимали. Значит, красиво, по-городскому. Считалось, что по-белорусски (имеется в виду диалект. — Ред.) говорить стыдно.

— Я стесняюсь говорить по-деревенски в городе. С родными и близкими друзьями могу, а так боюсь, что будут смеяться, будто я деревенщина, колхозница, — признается студентка Полесского университета из Пинска.

То, чем занимался симоновичский ученый-лингвист, не укладывалось в это правило. Климчук не просто не стеснялся своего деревенского языка, но и привез его в Минск. И старался прославить на весь белый свет. А перевод Библии на диалект, которым владеет не больше тысячи человек, заслуживает особой чести.